Путь из постмодернизма

На огромном экране слева от нас замигали летящие яркие огоньки, явственно замедляющие свою скорость с каждой секундой, и на огромном экране справа от нас замигали летящие яркие огоньки, явственно ускоряющие свою скорость с каждой секундой. И я почувствовал, как левая часть моего сознания действительно начинает воспринимать информацию в два раза медленнее правой, а правая часть моего сознания действительно начинает воспринимать информацию в четыре раза быстрее правой, а левая часть моего сознания действительно начинает воспринимать информацию в два раза медленнее правой, а правая часть моего сознания действительно начинает воспринимать информацию в четыре раза быстрее левой... Отключившись от происходящего вокруг, видя лишь летящие яркие огоньки, слыша какую-то свою внутреннюю музыку в своём внутреннем ритме, я погрузился в приятные воспоминания о приятных чувствах в приятных ситуациях, которые то ли происходили прошлом, то ли ещё произойдут в будущем. И за чередой этих воспоминаний я увидел жаркий лес, полный зелёной свежестью, и в жаркой свежести моего зелёного леса я увидел монаха, идущего по дорожке тихим шагом, волновавшегося о чём-то своём, и волнение это было полно радости, многократно превышающей описанную здесь, и с каждым его шагом уходили из него сомнения, и сколько уходили из него сомнения, столько наполняла радость собой все тела, что были у него, начиная с того физического, которым он шёл по дорожке тихим шагом, волнуясь о чём-то своём, заканчивая всем окружающим его единым с ним пространством. И дорожка побежала вниз вместе с холмом, и лес закончился, превратившись в тёплое поле, и солнце, светившее и гревшее из одной точки, светило и грело изо всех точек сразу во все точки сразу. А монах шёл по дорожке вниз, погружаясь глубже в тёплую прохладу открывавшейся равнины, и равнина приглашала его глубже в свою тёплую прохладу, и глубина экстаза его восприятия усиливалась с каждым дыханием, и дыхание это становилось глубоким и медленным. С приятной тяжестью вдоха, с приятной лёгкостью выдоха монах подходил к своей цели. Дойдя до хижины, он подал условный знак в окно, был впущен внутрь и сел среди других, таких же как он, чтобы услышать то, что ему, как и им всем, было по-настоящему важно было услышать. И сказал учитель следующее: "Начиная свой путь с экстаза, вы знаете, что любовь это минимум, тот минимальный минимум, с которого начинается ваш путь. Любовь - это норма здесь, ниже этой нормы есть лишь подготовка к пути, но не сам путь, на котором вы есть. И поэтому вам важно увидеть, что вы уже полны любви, иначе вы бы не шли по этой дороге, а вы по ней идёте достаточно явственно, сейчас ведь вы здесь сидите. Кстати, о том, как вы сидите. Чувствуете ли вы единение с землёй? Врастаете ли вы корнями в землю? Есть ли заземление в вашем ощущении себя? Если нет, сделайте так, что бы оно было. Для этого достаточно согласиться. Очень хорошо, это действительно так просто. И путь ваш будет полон экстаза, и каждое событие в вашей жизни вы будете встречать радостью. И будет это не после, не завтра, и не по причине. Будет это отныне, бесконечно и просто так. Потому, что на это способно ваше тело. Потому, что это подвластно нашему разуму. Потому, что именно этого хочет ваша душа. Потому что это то, что обеспечит условия для развития духа. Ведь дух развивается тогда, когда нет страха, а страха в вас нет, когда в вас есть любовь. Любовь вытесняет страх, и когда вы встретите страх, дайте ему обратный ход; пусть он вращается в обратную сторону; пусть желание не видеть превращается в желание видеть, в захлёстывающий интерес; пусть время будет подвластно вам; пусть события работают на вас; пусть вы будете теми, кем вы являетесь, и будете всем: собой, друг другом, мной, окном, этой хижиной, глубоким вдохом, медленным выдохом, экстазом монаха, идущего по дорожке вниз, самой дорожкой, бегущей вместе с холмом, солнцем, единым пространством, наполняющей радостью, многократно превышающей описанную здесь, жаркой свежестью зелёного леса, волнующейся о чём-то своём, зелёной свежестью жаркого леса за чередой приятных воспоминаний, внутренним ритмом внутренней музыки, летящими яркими огоньками справа и слева от того, кто всё это видит, им самим, очнувшимся от видений меж разной скоростью двух экранов...". Я очнулся от видений, меж разной скоростью двух экранов, которая уже начала синхронизироваться, приходить к единой норме, единой скорости, единому ритму, и я заметил, как и я прихожу к единому ритму, сидящих вокруг меня и услышал, что человек на трибуне все это время что-то говорит: "Так как же нам выйти из замкнутого кольца постмодернизма? Как избавиться от неизбежного повторения чего-то, что уже было создано, и составления чего-то псевдо-нового из кусков того, что уже написано, изобретено, сказано? Вполне возможно, что ответ на наш вопрос элементарен, а метод так же лёгок в применении, как сладкое легко к применению внутрь нас. Мы все знаем, что постмодернизм - это единение с ошибкой, когда опыт синтезируется, оставаясь в прежних рамках, поскольку перемешивается без трансформации: литература собирается из другой литературы, музыка цитирует другую музыку, мыслители бесконечно ссылаются друг на друга. Нет трансформации опыта. А ведь это так просто, слушать музыку композитора и писать прозу, информационно никак с музыкой композитора не связанную, слушать меня и других лекторов сейчас, придти домой, и писать, скажем, музыку, трансформируя ту энергию, которую мы получили здесь. И возможно, мы перестанем копировать и синтезировать и начнём трансформировать и забывать, кто был носителем того, что мы трансформируем ведь это и не важно вовсе, мы все единый носитель, все мы читаем одно информационное поле через окружающих или напрямую. Хватит обмена формой и содержанием, давайте обмениваться эмоцией, чистой энергией, информацией на неинформационном уровне. Это очень просто. Достаточно просто согласиться". На огромном экране слева от нас замигали летящие яркие огоньки, явственно замедляющие свою скорость с каждой секундой, и на огромном экране справа от нас замигали летящие яркие огоньки, явственно ускоряющие свою скорость с каждой секундой. И я почувствовал, как левая часть моего сознания действительно начинает воспринимать информацию в два раза медленнее правой, а правая часть моего сознания...